Хрущёвцы. Контрреволюционная стратегия и тактика хрущёвских ревизионистов

Борьба за власть проводилась хрущевцами поэтапно. Они не могли игнорировать коммунистическую психологию широких народных масс Советского Союза, доверие к партии большевиков и пролетарскому государству, искреннее и величайшее уважение советского народа к Иосифу Виссарионовичу Сталину. Эти качества и чувства не были привнесены в массы искусственно, не были результатом искусственной идеологической обработки сознания масс со стороны партии большевиков или каких-либо руководящих групп и лиц. Тем более, было бы глупо и смешно утверждать, что коммунистическая психология советского народа, его уважение и доверие к партии большевиков и лично к Сталину насаждались принудительно, насильственно, массовым террором. Подобную безграмотную и наглую клевету без колебаний отверг бы в то время даже самый заклятый враг социализма.

 

Эти качества советского народа были порождены и воспитаны реалиями самой жизни и проверены на прочность огнем военного лихолетья. Более того, именно порожденное самой жизнью взаимное уважение и доверие, классовая монолитность беспартийных трудовых масс Советского Союза и партии большевиков являлись одним из главных обстоятельств, обусловивших продвижение вперед от Победы к Победе на всех направлениях жизни социалистического общества. Поэтому, вполне естественно, олицетворением единства и успехов советского народа был руководитель партии большевиков — Иосиф Виссарионович Сталин. Не культ, а знамя! Знамя свободного Советского народа и угнетенных масс всего мира!

В силу этого хрущевцы вынуждены были демонстрировать советскому народу свою приверженность социализму и политике сталинской партии большевиков, чтобы усыпить бдительность народных масс и скрытно захватить рычаги политической и государственной власти. Прежде всего, устремления хрущевских ренегатов были сосредоточены на захвате ключевых партийных постов и подчинении себе Советской Армии и органов государственной безопасности.

Подчинение себе органов государственной безопасности позволяло гарантировать от разоблачения своих людей и устранять неугодных и революционно настроенные кадры.

Подчинение армии позволяло использовать ее для устрашения в более серьезных ситуациях.

Захват в свои руки партии означал захват политической и идеологической власти. Это создавало благоприятные условия для завершения контрреволюции на уровне всей надстройки. Используя политическую власть, опираясь на ряд способствующих объективных и субъективных условий, контрреволюция рассчитывала и стала проводить демонтаж основ социализма в базисе. Это, в свою очередь создавало объективные условия неизбежной реставрации капитализма, так как между социализмом и государственным капитализмом промежуточной ступени нет — диктатура пролетариата или власть буржуазии определяют наличие социализма или капитализма.

Было бы неверным утверждать, что диктатура пролетариата в Советском Союзе держалась только на авторитете товарища Сталина, а контрреволюция совершилась в результате заговора группы ревизионистов после смерти Сталина.

Такое утверждение было бы в корне и принципиально неверным.

Война и тяжелейшие военные затраты и потери нанесли Советскому Союзу не только материальный и людской ущерб, но и обострили ряд опасных для социализма тенденций объективного и субъективного характера.

Требования военного времени заставили полностью переориентировать экономику, развитие производительных сил на нужды борьбы с фашистской агрессией. Под эту задачу были изменены и производственные отношения с вынужденным перекосом в сторону их милитаризации — крайне жесткой формы вертикальной подчиненности, организации экономики.

Необходимость быстрой ликвидации тяжелейших последствий войны заставила форсировать восстановление и развитие производительных сил мирной экономики в мобилизационном режиме. Развитие производственных отношений, от жесткой милитаризации военного времени к основанной на демократическом централизме пролетарской демократии мирного периода, стало серьезно отставать от темпов развития производительных сил не только в силу большей инертности, свойственной производственным отношениям, но и в силу этих чрезвычайных условий. Кроме того, огромные кадровые потери, нанесенные войной, восполнялись за счет демобилизованных армейских кадров и специалистов военной промышленности, которые традиционно, в силу организационной специфики своей предыдущей деятельности, противились пролетарской демократии в производственных отношениях, не осознавая в этом скрытого вреда для дела социализма и пролетарского государства.

Под руководством партии большевиков социалистическая экономика восстанавливалась невиданно быстрыми темпами, а указанные проблемы находились под партийным контролем. Их опасные проявления решительно пресекались. Однако условия для воспроизводства этих негативных тенденций сохранялись.

Особую опасность для социализма представляет мелкобуржуазная идеология. Объективно массовыми носителями мелкобуржуазной частнособственнической психологии являются интеллигенция и крестьянство. Реализация мелкобуржуазных устремлений при социализме осуществляется через действие «буржуазного права», так как ряд социально-экономических условий невозможно ликвидировать волевым решением и в короткие сроки — распределение по труду и вытекающее из него имущественное неравенство. Конкретное проявление подобных устремлений — приусадебные дворы крестьян, частное жилье и дачи, предметы излишней роскоши и тому подобное, особый статус и особые условия управленческого и интеллектуального труда, товарно-денежные отношения в сфере распределения продуктов, предметов потребления и услуг и другие. Их можно изжить только наступательным, но постепенным преодолением «буржуазного права» в процессе последовательного развития материально-технической базы социализма. Это создаст условия для постепенного преодоления различий между умственным и физическим трудом, между городом и деревней и обеспечит постепенный переход к коммунистическим принципам распределения. Таким образом, будут изжиты условия, воспроизводящие мелкобуржуазный уклад со всеми его негативными проявлениями.

При капитализме определенная часть мелкой буржуазии может быть активным союзником революционного пролетариата, когда обостряются противоречия между интересами крупного капитала и мелким частником. При социализме мелкая буржуазия в силу своей сути, социального двуличия, может стать опасной контрреволюционной силой, когда открываются лазейки для индивидуального обогащения, а в обществе образуется недостаток каких-либо товаров и услуг. Мелкая буржуазия легко переходит из одного состояния в другое с изменением обстановки, затрагивающей ее сиюминутную корысть мелкого частника, так как она руководствуется только единоличными или семейными социально-экономическими интересами, низменными животными инстинктами и неспособна задуматься над своей перспективой принципиально, глобально.

Именно мелкая буржуазия воспроизводит в социалистическом обществе буржуазные тенденции и взращивает в своей среде «новых» буржуа. Мелкая буржуазия в своих действиях и поступках зачастую весьма агрессивна.

При социализме борьба между коммунистической и мелкобуржуазной, имеющей много разновидностей, идеологиями протекает непрерывно и в разных формах, то ослабевая, то обостряясь, и продолжается вплоть до построения бесклассового общества. Пренебрежение к мелкобуржуазной опасности, утрата революционной бдительности к этому коварному противнику коммунизма смертельно опасны для Революции, социализма и диктатуры пролетариата.

Милитаризация в управлении экономикой в военные и тяжелые послевоенные годы крайне ослабила контроль снизу за деятельностью управленческого аппарата и интеллектуальной элиты. Эта бесконтрольность способствовала их социальному обособлению и мелкобуржуазному разложению. Положение усугубилось значительными кадровыми потерями во время войны и неравноценной в классово-политическом смысле заменой кадров из-за их острой нехватки. В результате интересы и действия управленцев и интеллигенции стали расходиться с классовыми интересами пролетариата со всеми вытекающими из этого пагубными последствиями.

Послевоенная разруха, тяжелое социально-экономическое положение, особенно в деревне, и наличие источников частного обеспечения и обогащения дали толчок расцвету частнособственнических тенденций в крестьянской среде.

Однако в силу двойственности психологии крестьянина — психологии мелкого собственника и психологии труженика — основная масса советских крестьян доверяла партии большевиков в деле строительства коммунизма на уровне страны, так как уже убедилась на практике в действительной экономической выгоде для себя этого строя. С другой стороны, непосредственно на месте, в своей конкретной жизни и деятельности крестьянин, как правило, ставил свои шкурные интересы выше интересов общественных. Такова диалектика психологии крестьянина — мелкого собственника и труженика одновременно.

Основной социальной опорой хрущевцев стали малограмотные или разлагавшиеся обыватели из интеллигентов армейской и гражданской среды и мелкий частник деревни. Но определенную опасность для хрущевских контрреволюционеров представлял все-таки рабочий класс. Поэтому хрущевцы спешили создать в социально-экономической сфере условия для мелкобуржуазного развращения и разложения рабочих.

Имел место еще целый ряд причин объективного и субъективного характера, вставших на пути социализма в Советском Союзе в послевоенные годы и сыгравших роковую роль. Именно совокупность этих причин стала смертельно опасной для диктатуры пролетариата.

Описанные выше явления не играли активной контрреволюционной роли до тех пор, пока партия реально контролировала обстановку.

Поэтому хрущевцы основное внимание сосредоточили на захвате партии. Какова же была внутрипартийная обстановка в послевоенный период?

Внутрипартийная борьба с разного рода чуждыми и отсталыми элементами и тенденциями не являлась исключением или случайностью, а велась непрерывно с момента образования партии. Партия составляет единый организм с трудовыми массами, живет с ними одной жизнью, вместе переживает беды и радости побед, болеет одними болезнями и излечивается или погибает тоже вместе с ними. Партия, изолированная от трудящихся масс, гибнет неизбежно. Суть партии заключается в том, что она является мозгом класса, а значит — всего трудового народа. Партия, владея революционной теорией, способна предвидеть социально-классовые болезни, своевременно осмыслить их и рекомендовать наиболее эффективные методы «лечения».

Внутрипартийная борьба вполне объективно и естественно имела место в партии большевиков и в довоенное время. Но тогда партия находила нужные методы «лечения».

Почему же после смерти своего вождя — Иосифа Виссарионовича Сталина — партия поддалась болезни и погибла?

Вот некоторые причины только субъективного и внутрипартийного характера, то есть лишь малая часть причин.

Партия большевиков была авангардом рабочего класса и всего трудового народа Советского Союза не только в силу своего особого политического положения, но и в реальной жизни, в осуществлении практических дел. В годы войны партия направила свои лучшие кадры и лучших представителей рабочего класса на самые тяжелые участки фронта. Коммунисты шли в бой первыми и — первыми погибали. Поэтому потери в партийных рядах были особенно велики. Однако численно партия росла. Ее ряды пополнялись, главным образом, героями фронта, так как на фронте героизм был не только массовым, но и наглядным, а коммунисты зарекомендовали себя лучшими среди героев. Поэтому звание коммуниста было как бы особым знаком отличия в героизме.

Восстанавливая свои ряды численно, партия в результате подобного пополнения несла значительный качественный урон в политическом смысле. Однако это не было упущением или политической недальновидностью партии большевиков. Во время войны судьба пролетарского государства решалась на фронте. Поэтому главной политической целью, лозунгом и задачей в то время было — Все для Победы. Этому были подчинены вся политика и жизнь партии большевиков. Именно в силу этого герои фронта были не просто героями, а были политическим авангардом на передовом участке практической классовой борьбы, то есть они фактически составляли основу партии в данных условиях. Это полностью соответствовало политике партии и классовым требованиям военного времени, но таило в себе угрозу качественному уровню рядов партии в мирный период.

Чтобы быть коммунистом, недостаточно быть честным, беззаветно преданным Родине и делу коммунизма человеком, героем или передовиком производства. Все эти качества для коммуниста являются естественным и обязательным следствием, а не главной сутью. Коммунист не может строить свои политические убеждения и действия сугубо на доверии к кому-либо или к чему-либо, даже если это доверие проверено многократно практикой и жизнью. Знание марксизма-ленинизма, обязательное непрерывное совершенствование и пополнение своих знаний, умение применять и постоянное применение их на практике и в личном поведении непременно должно быть присуще каждому коммунисту, а не только руководящим партийным кадрам. Причем коммунист должен видеть частное в контексте общего, то есть уметь творчески увязывать свою повседневную жизнь и практическую деятельность с текущей политикой партии. Для этого мало знать марксизм-ленинизм академически, лишь по книгам, но необходимо участвовать в формировании и осуществлении политики партии как на отдельных направлениях, так и в целом. Это — обязанность всей партии и каждого коммуниста в отдельности.

Роль партийных руководителей состоит в повседневной организации деятельности партии и контроле сверху за исполнением принятых решений и планов. В свою очередь каждый рядовой коммунист должен снизу держать под неослабным постоянным контролем деятельность партийных руководителей, независимо от занимаемого поста и степени уважения к кому-либо.

Открытая товарищеская внутрипартийная критика и самокритика должны быть нормой партийного поведения. Это является весьма действенным профилактическим средством от разного рода негативных явлений внутри партии.

В этих условиях заключается одна из основных черт демократического централизма, основного организационного принципа деятельности партии большевиков. Упущения в этом вопросе, обусловленные военными издержками, были отмечены на XIX съезде большевистской партии и получили принципиальную оценку в выступлении товарища Сталина.

В социально-классовом отношении военное и послевоенное пополнение рядов партии тоже отрицательно сказалось на ее качественном состоянии, так как в силу обстоятельств имел место принципиальный перекос в сторону крестьянской и интеллигентской среды.

Социалистическая революция и успехи социализма наиболее значительно и наглядно улучшили жизнь крестьян. Пролетарское государство предоставило крестьянам землю и необходимые угодья, бесплатно современную сельскохозяйственную технику через создание машинотракторных станций (МТС), гарантии в случае неурожая, многочисленные социально-культурные блага, освободило от пагубного риска рыночной стихии при реализации своей продукции и так далее. При царизме о подобном крестьяне не могли даже мечтать. Поэтому бойцы из крестьянской среды проявляли на фронте чудеса героизма, защищая свои кровные интересы, а через это — пролетарскую революцию и пролетарское государство от посягательств фашистских захватчиков. Именно поэтому коммунистическая психология укоренялась в сознании крестьянина-труженика, создавая тягу к вступлению в ряды лучших из героев — в партию большевиков, защищающую интересы трудового крестьянства ценой многих жизней лучших своих сынов. В военные годы в сознании крестьянских масс господствовала психология крестьянина-труженика. В послевоенные годы жизненные условия претерпели изменения.

Что касается интеллигенции, то в силу социальной сути она всегда в массе своей служит господствующему классу и его классовым интересам. По своему социальному предназначению, а не только из узко личных корыстных побуждений, определенной части интеллигенции свойственно стремление занять особое положение в руководящих структурах — всегда и всюду. Этим принципиально объясняется особое стремление интеллигенции к вступлению в ряды партии большевиков.

Эта проблема усугублялась также тем, что новое пополнение даже из рабочей среды не обладало необходимым опытом политической борьбы и классовой революционности в условиях мирного времени.

В рядах партии и в обществе оставалось немало врагов социализма, готовящихся воспользоваться этими негативными обстоятельствами и выжидавших благоприятного для этого времени. Однако враг не решался вступить в открытую борьбу.

Во главе партии большевиков стоял закаленный и последовательный революционер ленинской школы — Иосиф Виссарионович Сталин. Авторитет товарища Сталина в Советском Союзе и в мировом масштабе был настолько велик, неоспорим и подтвержден неоднократно практически и наглядно, что любое выступление против Сталина вызвало бы массовый отпор и заговорщики однозначно потерпели бы сокрушительное поражение. Этот субъективный фактор в значительной мере удерживал скрытых врагов от активного выступления против социализма, партии большевиков и товарища Сталина, даже определенное время после его смерти.

Безграничное доверие трудящихся масс к партии большевиков и товарищу Сталину не позволяло хрущевским ревизионистам и другим врагам социализма попытаться захватить власть в открытом бою. Однако этот фактор позднее сыграл пагубную, отвлекающую, усыпляющую бдительность трудовых масс роль после смерти товарища Сталина, когда руководящие партийные посты оказались в руках контрреволюции. То есть указанное проявление необходимо рассматривать диалектически, в зависимости от исторической обстановки.

Привычка перекладывать управление жизнью общества, партией и государством на плечи «вождей» и, соответственно, принципиальную ответственность за это руководство тоже характерна в основном интеллигентской и крестьянской среде, склонной к мелкобуржуазной индивидуалистской психологии. Эта привычка особенно усугубляется в армейских условиях.

Учитывая и используя безграничное доверие трудовых масс Советского Союза к партии большевиков, враг, тихо захвативший власть в партии, постепенно перешел к коварному разрушению идеологического фундамента социализма, а затем стал шаг за шагом разрушать фундамент социализма в базисе, оставляя для маскировки коммунистические атрибуты и лозунги.

После смерти товарища Сталина захватившие власть в партии хрущевские ревизионисты сосредоточили усилия на размывании и подрыве авторитета Иосифа Виссарионовича Сталина, используя самую грязную клевету, подтасовки, самые подлые и презренные приемы и методы, при бездействии, то есть при молчаливом согласии мелкобуржуазных масс Советского Союза. Это наглядно подтверждает особую опасность мелкобуржуазной идеологии и психологии, подлость и мерзость их носителей для Революции и дела коммунизма.

Такова тактика и стратегия хрущевских ревизионистов в принципиальном изложении.

Алексей Данко