Социал-демократические организации Петербурга 80- годов XIX века

Раздел второй. «Товарищество Санкт-петербургских мастеровых» — группа Точисского


Глава 1. Возникновение «Товарищества Санкт-петербургских мастеровых»

Формальной датой создания «Товарищества санкт-петербургских мастеровых» считается первое организационное собрание, созванное Точисским осенью 1886 года. На собрании были утверждены Устав и название организации. Собранию предшествовала большая организационная работа по созданию группы.

Еще в январе 1885 года Точисский и Лазарев, работавшие на заводах Петербурга, установили связи с передовыми рабочими ряда предприятий за Невской заставой, на Васильевском острове и на Выборгской стороне. Стремясь расширить связи с рабочими, они стали посещать ремесленное училище. Точисский через свою сестру Марию привлек к созданию организации нескольких революционно настроенных слушательниц Высших женских курсов. К осени 1885 года уже сформировалась небольшая группа из рабочих и учащейся молодежи. Всех их объединяла ненависть к существующему в России строю. Таким образом, ядро будущей организации фактически сформировалось за год до организационного собрания.

Группа Точисского принципиально отличалась от предшествовавших организаций подобного рода, которые изначально возникали как студенческие кружки и лишь потом предпринимали усилия по установлению связей с рабочей средой. Точисский же сразу начал создавать свою группу с привлечением передовых рабочих. Более того, сам Точисский и часть интеллигентов из ядра группы устроились работать рабочими.

Первым из числа рабочих установил связь с группой Точисского рабочий завода «Арсенал» Нил Васильев. Нил был довольно развитым рабочим, но он еще находился под влиянием народничества. Точисский, борясь с народническими идеями, не одобрял этих взглядов Нила Васильева и всячески помогал ему выбрать правильный путь в борьбе за рабочее дело.

В состав организации входил с 1886 года кузнец «Экспедиции заготовления государственных бумаг» Егор Климанов. Егор рано порвал связь с деревней, стал настоящим питерским рабочим и вырос в одного из передовых борцов за рабочее дело. Вокруг Егора Климанова группировалась рабочая часть организации. Он был чутким товарищем, человеком высоких моральных качеств и пользовался всеобщим уважением. Благодаря его влиянию многие активные питерские рабочие стали участниками «Товарищества». Уже в то время он был принципиальным противником народничества.

В состав «Товарищества» вошел также Василий Шелгунов, сыгравший позднее большую революционную роль в группе Бруснева и ленинском «Союзе борьбы за освобождение рабочего класса». В группу Точисского ввел Шелгунова Егор Климанов. Они познакомились в вечерней школе для рабочих. Василий Шелгунов прошел обычную для того времени «школу» передового рабочего. 14-летний рабочий переплетной мастерской Василий Шелгунов с удивлением наблюдал, как полиция изымала и уничтожала «недозволенные» книги. Это возбудило в нем интерес к запрещенной литературе. Первую нелегальную книгу он получил от Климанова. Потом чтение «недозволенных» книг вошло в систему. Их читали группой в 3-4 человека, а помогал понять прочитанное Климанов. В рабочем кружке Василий Шелгунов впервые услышал о роли рабочего класса как ведущей силы в грядущей революции. Василий Шелгунов постоянно пополнял свое образование — много читал, посещал вечернюю школу, ходил на публичные лекции, присутствовал на защите интересных диссертаций в Петербургском университете.

В состав группы входили также рабочие И. И. Тимофеев с Балтийского завода, Василий Буянов с Путиловского, А. Филимонов с Карточной фабрики и ряд других. О некоторых рабочих из этой группы нет сведений из-за глубокой конспирации их деятельности. Кроме того, отсутствуют данные о составе заводских рабочих кружков, в которых вели занятия активисты из группы Точисского, составлявшие ядро рабочей части организации. Именно эти рабочие активисты несли идеи «Товарищества» на фабрики и заводы Петербурга, где работали они сами или их товарищи. Они непосредственно и хорошо знали жизнь рабочего человека, его чаяния и надежды. Этим объясняется их умение подойти к рабочим, влиять на них, вести за собой.

Особо следует остановиться на личности организатора и руководителя «Товарищества санкт-петербургских мастеровых» Павла Варфоломеевича Точисского.

 

Павел Точисский родился в 1864 году в Екатеринбурге в дворянской семье. Его отец, полковник, служил начальником екатеринбургской тюрьмы. Поэтому Павел не питал к нему никаких симпатий. Мать Павла была француженкой-демократкой. Она воспитала сына на революционных традициях и научила уважать борцов за свободу. Мать познакомила мальчика с биографиями Марата, Робеспьера, Дантона и других революционных деятелей Франции. Детство Павла прошло под стенами екатеринбургской тюрьмы. Поэтому он рано увидел человеческое горе и научился понимать человеческие страдания и несправедливость. Встречи Павла с ссыльными революционерами оказали огромное влияние на формирование его взглядов, пробудили в нем критическую мысль и подтолкнули его на путь революционной борьбы, с которого он не сходил всю свою жизнь.

Еще в гимназии Павел организовал кружок самообразования, в который вошли революционно настроенные учащиеся. Павел знакомил своих товарищей по кружку, в частности, с идеями Добролюбова и Писарева. По этой причине у него возник крупный конфликт с начальством гимназии и своим отцом. Павел оставил гимназию и ушел из дома, поступив чернорабочим на завод близ Нижнего Тагила. Потом он устроился работать в железнодорожные мастерские Екатеринбурга. С этого периода Павел Точисский целиком посвятил свою жизнь делу борьбы за освобождение рабочего класса.

В 1884 году Павел и его сестра Мария переехали в Петербург. Здесь Павел поступил на завод и одновременно стал учиться в ремесленном училище Русского технического общества на Выборгской стороне. Павел установил контакты с передовыми рабочими Петербурга и стал знакомиться с марксистской литературой, которую издавала группа «Освобождение труда» Плеханова. Через это он становился убежденным социал-демократом.

В 1888 году «Товарищество санкт-петербургских мастеровых», созданное Точисским, было разгромлено полицией, а сам он был выслан из Петербурга. Точисский попытался объединить социал-демократические организации ряда городов, объезжая их, но довести до конца это дело он не смог. Находясь в Екатеринославе под гласным надзором полиции, Павел вступает в местную социал-демократическую организацию. В 1898 году Точисский переезжает в Москву и там участвует в работе «Кружка интеллигентных пропагандистов». Затем снова арест и высылка в Вологодскую губернию.

1905 год застал Точисского в Москве. Он принял самое активное участие в восстании пролетариата. Павел Точисский с честью прошел нелегкий путь профессионального революционера, являясь одним из пионеров практической русской социал-демократии и отдав все свои силы и незаурядные способности делу революционной подготовки и организации пролетариата. Павел Точисский погиб в 1919 году от рук белогвардейской контры во время белогвардейского мятежа.

Одним из ближайших помощников Точисского был Дмитрий Лазарев. Он, как и Точисский, по происхождению не был рабочим. Дмитрий тоже предпочел Высшему техническому училищу ремесленное и с головой окунулся в революционную борьбу за интересы рабочего класса.

Организационная структура «Товарищества»

Организация состояла из центрального ядра и рабочих кружков, которые охватывали ряд заводов и фабрик почти во всех районах Петербурга. Центральное ядро делилось на две составляющие — рабочую и интеллигентскую. Кроме того, члены организации делились на активную часть и сочувствующую. Сочувствующие не посвящались подробно в работу организации, хотя их и знакомили с Уставом конкретного кружка. Они не знали состава организации, тайных схоронов нелегальной литературы и т. п. Они платили членские взносы в значительно меньшем размере, чем актив организации.

Между членами организации существовало распределение обязанностей, но не все одинаково ответственно относились к порученному делу. На общем собрании активной части избирался староста, который занимался сбором членских взносов, хранил Устав, готовил и проводил собрания. По некоторым участкам работы избирались ответственные лица. Например, ответственный за литературу организации, заведующий «Ссудно-вспомогательной кассой», заведующий «Кассой помощи политическим ссыльным и заключенным». Несмотря на строгую конспиративность деятельности организации собрания проводились регулярно — один раз в месяц. На собраниях производился прием новых членов, заслушивались финансовые отчеты ответственных лиц, рассматривались вопросы хранения литературы и пополнения нелегальных библиотек, заслушивались отчеты всех «должностных лиц». Этот последний факт свидетельствует о стремлении привлечь к активной деятельности всех членов организации. Большое внимание уделялось контролю за работой отдельных членов организации, особенно руководящего ядра.

После усиления полицейской слежки и ареста ряда членов организации собрания стали собираться один раз в три месяца, а оперативные вопросы решались в рабочем порядке.

Староста единолично готовил повестку дня собрания, оповещал всех членов организации и определял место сбора. Только тщательная подготовка собраний позволяла избегать провалов, и ни одно из них, кроме последнего, не было сорвано «по непредвиденным обстоятельствам». Собрания проходили в разных местах — в городе и за городом, на квартирах членов «Товарищества» и лиц, не принадлежавших к организации.

О размахе и характере политической деятельности «Товарищества» полиции почти ничего не было известно. Даже после арестов следствию не удалось выяснить деятельность организации в полном объеме и раскрыть всех ее участников, особенно из среды рабочих. Это объясняется тем, что соблюдение правил конспирации было под особым контролем всей организации. В целях конспирации многие члены организации были известны только под их подпольными псевдонимами, особенно рабочие члены организации.

Руководство организации тщательно оберегало рабочую часть организации. Вплоть до того, что рабочие активисты собирались отдельно от основной части интеллигенции. Вводились и другие приемы конспиративного характера. Например, каждый член «Товарищества» имел право поддерживать постоянный контакт только с двумя членами организации. «Бегать ко всем», ходить друг к другу по своему выбору строжайше воспрещалось. Поручения и оперативная информация передавались по цепочке. Только благодаря строжайшей конспирации «Товарищество» смогло длительное время функционировать без провалов. Этим объясняется и тот факт, что после провала перед «жандармским следствием» предстало лишь интеллигентское ядро, а рабочая часть выскользнула из лап жандармов. В связи с этим у властей сложилось впечатление, что организация являлась малочисленной по количеству ее членов, а ее деятельность имела незначительный размах. Благодаря конспирации удалось сохранить основную часть нелегальных библиотек.

Следует отметить, что «Товарищество» крайне осторожно вовлекало в свою организацию новых членов, даже из числа рабочих. Только после тщательной проверки решался вопрос о возможности привлечения в организацию конкретного человека. Одной из первичных форм проверки являлся неоднократный разговор с кандидатом во время загородных прогулок. На лоне природы, в необычной и раскованной обстановке у человека не возникало подозрений, что спутники пытаются его изучать, анализировать его поступки и высказывания. В подобных беседах определялись характер человека, глубина его убеждений, пригодность к революционной пропагандистской работе.

Для встреч, знакомств и бесед с рабочими члены «Товарищества» использовали трактиры и чайные, которые превратились в своеобразные «рабочие клубы». Если беседа встречала сочувствие со стороны рабочих, то встречи повторялись несколько раз. Но эти встречи формировали лишь первое впечатление. Они не давали оснований для серьезных выводов. Только после дополнительной тщательной проверки принималось решение о возможности посвящения испытуемого в работу «Товарищества».

Относясь отрицательно к народникам и народничеству в целом, Точисский не рекомендовал вербовать в члены организации рабочих, ранее находившихся под влиянием народников. Исключения составляли редкие случаи. Точисский считал, что рабочие, испорченные «революционным авантюризмом», не только не принесут пользы организации, но скорее принесут вред.

Устав «Товарищества»

Устав «Товарищества санкт-петербургских мастеровых» был принят на собрании в 1886 году. В нем были изложены организационные положения, принципы, структура и отчасти задачи общества.

— «Общество зиждется на основе поднятия интеллектуального и морального уровня рабочих путем: библиотек, чтений, кружков самообразования и общения с революционно настроенной интеллигенцией». В нем говорилось об организации касс взаимопомощи, устройстве стачек и коллективных протестов против отдельных властных лиц, распоряжений и постановлений заводоуправленцев и прочее. (А. Брейтфус. «Точисский и его кружок», «Красная летопись» 1923, N 7, стр. 328).

Казалось бы, что лицо организации выглядит достаточно мирным. Однако следует отметить, что борьба за поднятие материального положения рабочих должна была проводиться, согласно Уставу, не только через создание касс, но и «коллективных протестов». Борьба за культурное развитие рабочих тоже не ограничивалось лишь чтением книг. Она предусматривала также создание кружков саморазвития и пропагандистских кружков. Задачи, сформулированные в Уставе, хотя и свидетельствуют о том, что организация в своей практической пропагандистской деятельности пытается делать шаги по пути социал-демократии, но все же показывают недостаточную политическую зрелость, идейную и теоретическую слабость ее руководителей при определении программных установок рабочей организации.

При принятии Устава Павел Точисский обратился к собравшимся с весьма своеобразным предложением. Он предложил допускать к работе в организации интеллигентов только на правах сочувствующих. Но участники собрания, особенно рабочие, категорически отвергли предложение Точисского.

Несколько раз на собраниях ставился вопрос о том, что рамки Устава являются слишком узким, что необходимо шире привлекать рабочих к деятельности организации. Для этого предлагалось сделать ссудно-вспомогательную кассу самостоятельным органом и привлекать через нее к работе организации всех желающих рабочих. Но и это предложение на том этапе тоже было отвергнуто из соображений конспирации. Вновь был поднят вопрос об уравнении в правах интеллигентов и рабочих внутри организации.

Весной 1888 году руководителем организации стал Людвиг Брейтфус, так как Точисский и Лазарев были сосланы царским самодержавием в Житомир. В их отсутствие обсуждавшиеся ранее предложения о расширении рамок Устава были приняты и внесены в Устав. Организация поставила об этом в известность Точисского и Лазарева, которые высказали свое несогласие, поскольку считали, что интеллигенты менее устойчивы в классовых позициях пролетариата, чем сознательные рабочие, и это может привести к развалу «Товарищества». Точисский и Лазарев написали свой мотивированный ответ по поводу изменений в Уставе и направили его в организацию. Причем они адресовали свой протест не Брейтфусу как руководителю организации, а Климанову как руководителю рабочей части организации.

На протест Точисского и Лазарева Брейтфус дал мотивированный ответ, объясняя, что подобные изменения Устава соответствует изменившейся ситуации. Действительно, Брейтфус был прав. К этому времени стала подниматься довольно значительная волна стачечного движения. Эта реальность требовала шире открыть двери в рабочие кружки.

Аресты и ссылки, обрушившиеся на рабочих в связи со стачечной борьбой, требовали в свою очередь активизировать помощь пострадавшим рабочим и их семьям. Это обстоятельство требовало принятия решения о расширении деятельности кассы помощи ссыльным и заключенным. То есть подобные обстоятельства и меры усиливали активность «Товарищества» и требовали внесения новых поправок в тактику действий. Более того, все это способствовало воспитанию в рабочей среде чувства классового сознания.

Следовательно, сама реальная обстановка в рабочем движении востребовала необходимость внесения соответствующих изменений в Устав организации.

Глава II Социально-политические взгляды и программные положения «Товарищества санкт-петербургских мастеровых»

Р. Казакевич

Продолжение в следующем номере.

(Печатается с N 23)