Принципиальные комментарии по поводу послесловию к работе Энвера Ходжи "Хрущёвцы"

По поводу послесловия Алексея Данко к работе Энвера Ходжи «Хрущевцы» я изложил предварительное мнение, ну а мнение, это еще не выводы.

Тема, конечно, весьма болезненная, но не столь уж и трудная, как представляется. Если мы считаем себя марксистами, то и рассуждать мы должны по-марксистски. Поставим вопрос теоретически, более обще: почему в СССР победила контрреволюция? Наверняка потому же, почему побеждают и революции всякого рода: феодальные, буржуазные и социалистические. Потому что не только в прошлом, но и в настоящем, современном нам мире существуют классы и классовая борьба. Это единственный верный марксистский ответ на поставленный вопрос. Если мы признаем существование классов и классовой борьбы, то никакого другого ответа мы дать не можем. «Манифест коммунистической партии» Маркса и Энгельса — научный документ, и никакие Горбачевы, Зюгановы, Ельцины или Путины «отменить» его не могут и не смогут, потому что даже деятельность этих тупиц и негодяев также включена в этот документ и может быть рассмотрена только с точки зрения этого, а не какого-то другого документа. Если в каких-то частностях «Манифест» устарел, что вполне естественно, то в главном, основном, он полностью сохранил свое значение сегодня, как и в день его написания. Время, жизнь и события нашего времени не опровергли его значения и верности, а только подтвердили и подтверждают его. «Учение Маркса всесильно, потому что оно верно», — не нам, марксистам, забывать эту истину.

 

Победа контрреволюции в СССР — это частный случай теории классовой борьбы, которую, кстати, вовсе не Маркс придумал, а создана она была до Маркса. Маркс лишь развил эту теорию до понятия диктатуры пролетариата, поскольку без этого понятия теория классовой борьбы вполне приемлема для буржуазии.

Нигде и никогда ни Маркс, ни Энгельс, ни Ленин, ни Сталин не утверждали, что победившая социалистическая революция — это раз и навсегда, а из этого следует, что возможность реставрации капитализма существовала всегда. Из этого не следует неизбежность реставрации, но возможность реставрации не исключается.

Ленин указывал, что социализм возможно построить лишь в ряде попыток, каждая из которых будет одностороння. Продолжая мысль Ленина и с учетом существующего мирового опыта, мы могли бы сказать, что эти односторонние попытки будут продолжены и продолжатся до тех пор, пока социализм окончательно не утвердится и не победит во всемирном масштабе, как это случилось с феодализмом, затем с капитализмом, и как это неизбежно случится с социализмом.

Ну а почему же все же в СССР победила контрреволюция? Мне думается, что в послесловии отвечено на этот вопрос, но недостаточно четко ответ сформулирован. (Сталин, насколько я понимаю, не любил неясных или нечетких формулировок). Так, почему же? Наверное, потому, что изменилось соотношение классовых сил. Ну, не научно же, да и вообще не серьезно рассматривать СССР как бесклассовое общество. От победы социалистической революции до бесклассового общества весьма длительный период, период перехода от капитализма к коммунизму, то есть тот переходный период, что, собственно, и называется социализмом, то есть переход от классового общества к бесклассовому, а с подавлением буржуазии и даже ее уничтожением, общество не становится бесклассовым. Крестьянство — класс буржуазный, а он до Великой отечественной войны преобладал и оказывал свое влияние не только на рабочий класс в целом, но и на надстройку, этим классом созданную.

Вспомним тезис Сталина «об усилении классовой борьбы по мере строительства социализма» и о том, каким яростным нападкам этот сталинский тезис подвергался при его жизни и после его смерти. Жизнь (то есть практика, а критерием истины является только практика) опровергла или подтвердила этот сталинский тезис? Только враг или тупица может сегодня утверждать, что этот сталинский тезис неверен. Если сказать это применительно к личностям, то враг — это Путин и его сообщники, а тупица — это Зюганов или Тюлькин с компаниями. Всяких там Славиных или Брузгалиных я во внимание не принимаю.

Так вот, изменилось соотношение классовых сил, и изменилось оно в надстройке. Основной вопрос всякой революции, а значит и контрреволюции, есть вопрос о власти. Не случайно Ленин посвятил последние свои работы именно надстройке. Не случайно, последний его научный теоретический труд называется «Государство и революция». И не случайно после Ленина не появилось ни единого труда, который мог бы быть равен этим последним ленинским трудам. Ну не Сталина же в этом обвинять. Сталин сделал все, что он сделать смог, как и Ленин. Больше того он не сделал, потому что сделать большего было нельзя, невозможно. Так что виновен в контрреволюции, конечно же, не Сталин, а то поколение, которое уже умерло или остатки которого вымирают. Мы можем и вправе пригвоздить это поколение к позорному столбу, но это ничего изменить не может. История не знает сослагательного наклонения.

Ну, наивно же думать, что все до единого делегаты XXII съезда не понимали, что они принимают антинаучную и антимарксистскую программу партии. Все они понимали, но я еще раз повторяю — изменилось соотношение классовых сил. Силы контрреволюции могли одержать верх и одержали. Ну, а то, что под «марксистско-ленинскими» лозунгами, то тут нечему удивляться. Не сегодня и не вчера оппортунизм переодевается в марксистско-ленинские одежки. Действительных носителей марксистско-ленинских убеждений никогда много не было, да и быть, наверное, не может. Отсюда ленинская забота о чистоте большевистской партии, а вот как заботился об этом Сталин, это еще надо изучить и рассмотреть. Вы же правильно пишете: «Марксизм-ленинизм учит, что предпосылки для замены одного общественного строя на другой вызревают внутри общества задолго до революционных событий». Ну, естественно, что это применимо и к социалистической стране, к контрреволюции, поскольку революция и контрреволюция — это единый неразрывный диалектический процесс. А между этими «событиями» могут проходить годы, могут и столетия, а человек живет, в лучшем случае, лет семьдесят. Изменяются поколения, но не изменяются интересы классов, а постольку и классовая борьба. Эта классовая борьба изменяет лишь форму, вплоть до уничтожения классов, что и является конечной целью коммунистов. Так что если ставить вопрос научно, то его следует поставить так: Классы и классовая борьба при социализме. Такого научного труда мне неизвестно. А почему неизвестно? А потому, что в СССР возобладал антинаучный антимарксистский хрущевско-брежневский тезис об отсутствии классовой борьбы при социализме, в опровержение сталинского тезиса. Сталин тезис-то выдвинул, а вот труда на эту актуальнейшую тему не написал. Не до этого ему было. А тезис-то сталинский был марксистским, в отличие от мелкобуржуазного хрущевско-брежневского, который неизбежно привел к буржуазному, горбачевскому, о неких «общечеловеческих ценностях». В классовом обществе могут существовать только классовые ценности и никаких других существовать не может.

А что касается того, что мировая буржуазия, направляя гитлеровскую Германию на СССР, если не мытьем, так катанием, добилась своих целей, то этот мой вывод не лишен смысла, потому что на соотношение классовых сил в СССР эта война могла повлиять и повлияла, чего и вы не отрицаете. А больше я никаких «выводов» и не делал.

Вот я и изложил все то же самое, что и у вас написано, только изложил я это своими словами. Не надо быть ко мне слишком строгим, но марксистскую науку я изучаю всерьез, причем совершенно самостоятельно.

Печатается с сокращениями.

22 января 2006 года

Виктор Плотников, рабочий

г. Юрга Кемеровской области